Рейтинг@Mail.ru
Главная » Секреты истории » В отвал. Трагедия Стаханова

В отвал. Трагедия Стаханова

stahanov1Только он мог без предварительной записи попасть на прием в Кремль, только ему было позволено жениться на 14-летней девчонке, только его никто не одергивал за беспробудное пьянство, только он, установив рекорд по добыче угля, мог больше никогда не опускаться в шахту, но при этом быть самым выдающимся шахтером современности.

Многие сегодня и не знают, кто такой Алексей Стаханов, хотя наверняка слышали: «стахановское движение», «стахановскими темпами» и «работать по-стахановски». А еще было «жить по-стахановски» — то есть жить хорошо. А еще А.Стаханов был одним из первых, кого из Наркомата угольной промышленности в Москве фактически выбросил генсек Хрущев. В одной судьбе, как в капле воды, отражалось отношение к людям как к винтикам... В этом и заключалась трагедия советской власти.

Алексея Стаханова, в одночасье ставшего всенародным героем и любимцем Сталина, сопровождали слава, обеспеченность и вседозволенность. Только он мог без предварительной записи попасть на прием в Кремль, только ему было позволено жениться на 14-летней девчонке, только его никто не одергивал за беспробудное пьянство, только он, установив рекорд по добыче угля, мог больше никогда не опускаться в шахту, но при этом быть самым выдающимся шахтером современности.

Таким он и остался в памяти целого поколения. Но, оказывается, была и другая жизнь Стаханова — та, о которой знали единицы, о которой не писали книги и не снимали фильмы, — жизнь забытого и брошенного героя. Хотя то, как он жил, трудно назвать жизнью.

Когда передо мной оказался список с сотней предполагаемых персонажей для цикла рассказов по истории Советского Союза, взгляд остановился на знакомой с детства фамилии — Стаханов. Стало интересно узнать об этом человеке как можно больше, и первым откровением стал факт, что последние годы жизни он провел не в обласкавшей его Москве, а в маленьком шахтерском городе, названном в честь человека, из-за которого жизнь народного героя сделала крутой поворот. Но обо всем по порядку...

Славный... вернее, сладкий период жизни Стаханова закончился в 1957 г., когда приехавший в гости к Хрущеву французский коммунист Морис Торез поинтересовался у Никиты Сергеевича: а где же Алексей Стаханов, с которым так славно выпивали? Хрущев, не долго думая, брякнул, что тот живет в Донбассе, работает на шахте, — мол, в следующий раз будешь у нас — организуем встречу. Когда товарищ Торез уехал, Хрущев позвонил министру угольной промышленности и спросил, где Стаханов — жив хоть? Министр ответил, что Алексей Григорьевич здесь, работает в министерстве, в отделе социалистического соревнования и наград. Хрущев был краток: через 48 часов Стаханов должен быть в Донбассе...

Мы проделали огромный путь из Киева до тех мест, где начал и закончил свою жизнь Алексей Григорьевич. Человеку, не знакомому со спецификой небольших городов и рабочих поселков Донбасса, было бы трудно воспринимать все то, что мы увидели. А тут еще зима с дождем и непролазной грязью...

Мы заехали в поселок Теплогорск, бывшее Ирмино, где работал Стаханов. С трудом нашли место, где раньше была шахта «Центральная-Ирмино». От нее остался только бетонный копёр*. Жители рассказали, что шахту в 90-е затопили, а потом взрывали несколько раз, все вокруг превратилось в труху, но копёр не рухнул. Так и стоит среди руин как немое напоминание о прошлом.

Потом был город Стаханов, бывшая Кадиевка, где сразу после своего рекорда молодой Алексей получил в подарок небольшой дом. Здесь все обставлено по-парадному: музей с огромной экспозиций, посвященной народному герою, и добродушной директрисой, готовой рассказывать о нем с утра до ночи; площадь с величественным памятником Стаханову, который «гордо шествует с отбойным молотком навстречу новым рекордам».

stahanov2

Памятник Стаханову в г. Стаханов

Наталья Будкова (та самая директор музея) рассказала: «Когда этот монумент только готовили к установке и он долгое время лежал на земле, «добрые горожане», отдавая дань уважения своему земляку, каждый вечер приходили к нему группами по трое. А утром рабочие, устанавливающие памятник, с трудом выковыривали из бетонной ладони лежащего на спине Стаханова пустой стакан. Ведь не зря за глаза, да и в глаза тоже Алексея Григорьевича называли Стаканов».

Именно стакан и его содержимое буквально за год превратили статного мужчину в неузнаваемого пропойцу. Со дня приезда в Торез он каждый день ждал, что именно сегодня прибежит почтальон и принесет срочную телеграмму из Москвы с извинениями и просьбой немедленно вернуться в столицу, что это, мол, была ошибка и без него никак. Но дни шли, а телеграммы все не было. Последней каплей стал окончательный отказ жены и детей переехать к нему. Стаханов сорвался. Он беспробудно пил, дебоширил, не ходил на работу, как говорили тогда, «начал морально разлагаться». Его уволили с должности начальника треста, выселили из гостиничного номера и отправили жить на окраину Тореза, дав незначительную должность на отстающей шахте.

Дни превращались в недели, недели — в месяцы, месяцы — в годы. В полном забвении и одиночестве он провел почти десять лет, пока в лежащем под забором пьянице один из молодых шахтеров не узнал Алексея Григорьевича Стаханова и не рассказал об этом журналисту газеты «Комсомолец Донбасса» Игорю Авраменко.

Мы разыскали Игоря Петровича. Он долго не хотел ничего рассказывать, но потом махнул рукой, вытер слезы и выложил все, что держал в тайне почти сорок лет.

— Мне тот мальчишка говорит: «Моя мама была стахановкой, и мне сейчас очень больно, что тот человек, которого я боготворил, сейчас лежит под забором. Вы же журналист, сделайте что-нибудь». Я быстро собрался, и мы поехали туда. Подходим, а Стаханов лежит там же, под забором, и у него мальчишки шарят по карманам, а один потом расстегнул штаны и стал на него мочиться. Мы отогнали их. Подняли Алексея Григорьевича и поволокли в дом.

Пытаемся открыть дверь на веранде, а она не открывается. Навалились, открыли, а вся веранда завалена жужалкой — это зола от угля, когда он сгорает в печи. Он эту жужалку даже на улицу не выносил, высыпал прямо на веранде. Заходим в комнату, а там почти ничего нет — ржавая кровать без матраца с лежащей прямо на сетке грязной фуфайкой, пустой шкаф с картоном вместо зеркала, и повсюду пустые бутылки. Больше ничего нет — все пропил. Мы прибрались немного в комнате, потом его искупали, поехали в универмаг, купили ему белую нейлоновую рубашку, брюки и новые туфли...»

На следующий день Игорь Авраменко вернулся в Донецк и из редакции позвонил Константину Петрову, тому самому Петрову — парторгу шахты «Центральная-Ирмино», вместе с которым Стаханов шел на рекорд в далеком 1935 г., который этот рекорд и придумал. Теперь он был первым секретарем горкома партии в Кадиевке. Через несколько часов Петров приехал в Торез. Он не мог поверить рассказам журналиста и решил сам все проверить.

Во всех официальных источниках говорится, что Петров и Стаханов при встрече обнялись и долго вспоминали молодость. На самом деле все было совсем по-другому, и свидетелем той встречи был Игорь Авраменко.

— Сначала Стаханов долго его не узнавал и требовал бутылку, а потом накинулся на своего старого друга с кулаками и обвинил его в том, что тот сломал ему жизнь. В том, что его сначала подняли до заоблачных высот, а затем швырнули в пропасть. Что за несколько дней до рекорда Петров исключил его из ВКП(б) за вопиющую политнеграмотность. Напомнил об аресте и расстреле начальника шахты, который сомневался в рекорде. А когда речь зашла о смерти первой жены Стаханова Евдокии (она неожиданно умерла после подпольного аборта), Алексей окончательно потерял контроль над собой и снова бросился на Петрова с кулаками.

stahanov3

Алексей Григорьевич Стаханов (в центре) Фото: infodon.org.ua

Потом, когда Алексей Григорьевич немного успокоился, мы его привели в нормальный вид и повезли в Донецк. Там, в кинозале обкома партии, ему показали хронику прошлых лет — как он ставит рекорд, как его потом в Москву везут, а он держится за поручень вагона, ветер ему светлый чуб треплет, на каждой остановке цветами забрасывают... Я сам волнуюсь, когда вспоминаю... А когда включили свет, рядом со мной сидел плачущий старик...

Наталья Будкова рассказала: «После долгих лет безразличия Константин Петров решил помочь Алексею. Он вспомнил, что в медпункте одной из торезских шахт работает сестра его покойной жены Антонина — в юности она была безответно влюблена в Алексея. Правда, были свидетельства, что в 16 лет он изнасиловал эту Антонину, а она в него влюбилась. И есть еще один факт, который никто и нигде не упоминает: Антонина, будучи молоденькой медсестрой, делала тот самый подпольный аборт первой жене Стаханова, после которого та и умерла. Но она все-таки приехала к нему, ухаживала и жила с ним. Может быть, в отместку, может, от сильной любви».

Но на этом история не закончилась. Корреспондент Донецкого телевидения Владимир Бешуля рассказал ее журналисту Московского радио Матвею Гноринскому, а тот сделал радиопередачу, в которой сетовал: сегодняшние передовики за перевыполнение плана получают награды и звание Героя Социалистического Труда, а вот человек, благодаря которому это движение началось, живет где-то в рабочем поселке в Донбассе и никакого звания не имеет. Эту передачу услышал Леонид Ильич Брежнев. Он, как и все, был убежден, что Стаханова давным-давно нет в живых, но больше всего его поразило не то, что Стаханов жив, а то, что он так никогда и не был награжден золотой звездой Героя Труда. Брежнев дал указание разыскать Стаханова, привезти в Москву и наградить.

Шел 1970 год. Страна отмечала столетний юбилей Ленина, а в августе исполнялось 35 лет стахановскому движению. К этой дате и решили наградить Стаханова «Золотой Звездой» и вторым орденом Ленина. Но когда Алексей Григорьевич узнал об этом, то наотрез отказался ехать в столицу. Первый раз в жизни пошел наперекор воле партии: «Пусть приезжают сами. К ним не поеду». И начальство приехало в Торез во главе с первым секретарем ЦК КПУ Петром Шелестом. Когда Стаханову вручали «Звезду», он с горечью прошептал: «Долго же ты ко мне шла, дорогая...»

Но съездить в Москву все же пришлось. Делегацию из Донбасса пригласили на торжества в честь юбилея стахановского движения. В Кремлевский дворец съехались передовики со всей страны, в том числе и те, кто в 30-е годы начинал это движение. Все обнимали друг друга, вспоминали прошлое, смеялись. И только Стаханов стоял в стороне. Сопровождавший его Игорь Авраменко вспоминает: «Я ему говорю: смотрите, вон сестры Виноградовы, Бусыгин. Давайте подойдем. А он: мать-перемать... И не захотел. Ему было стыдно. Они вот удержались, а он со своей слишком размашистой забулдыжной русской натурой сам себя уронил. Тут он понимал свою вину».

Теперь журналисты искали возможность попасть к Стаханову, чтобы взять интервью. Правда, лишь единицы знали, как нужно поступать, чтобы этого добиться. Одним из тех, кому удалось поговорить с Алексеем Григорьевичем, был Владимир Бешуля.

«Я тогда работал на Донецкой студии телевидения, — вспоминает он. — Взял свой «Репортер-2» пятикилограммовый и поехал в Торез. Нашел улицу и дом, где он жил. Это был небольшой коттедж на две семьи. Стучу — никто не открывает, стучу еще раз, смотрю — из-за занавески показалось лицо Алексея Григорьевича. Он впустил меня.

Я поставил магнитофон, настроился. Знал, что Стаханов на разговоры очень тугой, и написал на листочке вопросы и ответы. Я задаю вопрос, а он должен читать и якобы отвечать, что вот, мол, живу я хорошо, работаю на шахте. А Алексей Григорьевич мыкнул что-то, и ничего не получилось. Я снова: да вы не волнуйтесь. Опять включаю магнитофон — ничего не получается. Помните, как «Кролики»... Час битый с ним возился — ни одного стахановского слова на пленке. Потом он разозлился, встал и убежал на кухню. Слышу — скрипнул холодильник и что-то забулькало. Через несколько минут он вернулся, порозовевший такой, и говорит: давай, включай свой мотор...»

Стаханову было тяжело возвращаться к нормальной жизни, а люди, которые еще вчера обходили его стороной, навязывались с дружбой. Первый секретарь Ворошиловградского обкома партии Владимир Шевченко, который в 1957 г. отказался пускать Стаханова в Ворошиловград, сказав, что этот пьяница ему не нужен, теперь назойливо зазывал его в гости. Каждый хотел побыть рядом с героем, послушать его рассказы, и, естественно, каждый хотел с ним выпить. Во время таких встреч к Алексею Григорьевичу прикрепляли специальных людей, которые следили, чтобы тот не упал в грязь лицом в прямом и в переносном смысле.

Вспоминает Владимир Бешуля: «Как-то мы с инструктором политчасти Донецкого УВД должны были привезти Стаханова домой после очередной встречи. Усадили его в машину. По дороге едем, я пытаюсь с ним поговорить, спрашиваю: вы вот там со Сталиным встречались. Расскажите, как все было. А он так приподнимается, тянется рукой в задний карман и говорит: «Еще раз спросишь про Сталина, всех перестреляю».

Приехали молча домой, выходит жена, посмотрела на Алексея Григорьевича и говорит: «Везите его туда, где напоили». И закрыла дверь изнутри. В ту ночь после приступа белой горячки у Стаханова случился инсульт. Мы его долго возили по разным больницам, пытаясь привести в чувство...»

В конце концов ему поставили диагноз: рассеянный склероз с частичной потерей памяти и речевых функций. Последним его пристанищем стала психиатрическая больница в Донецке. Наталья Будкова частенько бывала в гостях у Алексея Григорьевича. «Ему выделили там специальную комнату, увешали ее коврами, поставили телевизор... Вернее, он лежал в отдельной палате, а это была комната, куда его приводили, когда приезжали всякие делегации или журналисты. Его прилично одевали и заводили в эту комнату, рассказывая, что вот, дескать, у нас на лечении Герой Соцтруда Стаханов. В полусознательном состоянии он выслушивал рапорты командиров строительных отрядов, принимал в пионеры, вручал знамена, ставил подписи под всевозможными обращениями».

В таком состоянии он встретил и 40-летие стахановского движения и свое 70-летие.

Владимир Бешуля вспоминает:

— Приближался очередной юбилей — 60-летие Октябрьской революции. Мы привезли Алексею Григорьевичу пиджак с орденами и медалями. В красном уголке собрались врачи, медсестры, ну и больные, которые способны были что-то воспринимать. И вот ввели Стаханова. Он идет, бледный, осунувшийся, и смотрит в одну точку. По-моему, он и не соображал, куда его ведут и зачем. Но в президиум сел сам, это же его любимое место, он всю жизнь там просидел. Смотрит куда-то вдаль. Ему хлопают, цветы вручают. И вдруг что-то мелькнуло в глазах, как будто сознание вернулось. Он встал, поднял руки и поприветствовал всех. Вечером к нему приехал Константин Петров с сыном, и они долго разговаривали, вспоминали молодость, а когда они ушли, доктор сказал мне: «Это добром не кончится». И действительно, ночью случился приступ. Стаханов разгромил всю палату. Кричал, ругался, бил медработников...

Только два укола успокоительного смогли остановить разъяренного Алексея Григорьевича. К утру его палату привели в порядок, пациенты позавтракали и потянулись в красный уголок смотреть телевизор, за ними побрел и Стаханов. Никто не заметил, как он поскользнулся на мокром полу в коридоре, упал, ударился головой и потерял сознание. Через два дня Стаханова не стало. Его похоронили на городском кладбище Тореза.

В конце 90-х молодой шахтер, приводивший в порядок могилу родственников, обратил внимание на заброшенный участок. Он выкорчевал сухостой, собрал ветки, очистил от грязи табличку — и не поверил своим глазам: это была могила Алексея Стаханова, забытого героя эпохи строительства коммунизма. Человека с искореженной судьбой, последнее пристанище которого оказалось обреченным на забвение, как и вся его жизнь.

Автор: Валерий Коновалов

Источник: Украина Криминальная

__________________________

* Копёр — сооружение над шахтой для установки подъемника.

Смотрите также:



ОтстойПлохоСреднякХорошоОтлично (4 голосов, средний: 3.00 из 5)
Loading ... Loading ...

6 Комментария (ев) к записи “ В отвал. Трагедия Стаханова ”

  1. Bob (отправлено: 31 Август 2012 @ 7:40 )

    Хочу спросить, только не подумайте что-то дурное. Стаханов был русским или украинцем?

  2. Scrat (отправлено: 31 Август 2012 @ 8:55 )

    Стаханов родился в Орловской губернии Российской империи и примерно половину жизни прожил в различных российских городах, но умер и похоронен в Торезе Донецкой области, Украина, где тоже прожил немало лет. Так что по рождению он был русским, а кем сам себя считал мы теперь вряд ли узнаем. К тому же в СССР это не имело никакого значения, так что он мог об этом вообще не задумываться – просто советский человек.

  3. Стас (отправлено: 1 Январь 2013 @ 18:39 )

    Здравствуйте!
    Есть такой автор Хлыстанов, почётный сотрудник МВД, что написал ряд произведений-расследований, в том числе – оформил как версию убийство С.Есенина сотрудниками ОГПУ. В числе прочих – у него есть рассказик о Стаханове, по вине которого якобы посадили в Донбассе юношу. Стаханов де занимался греблей, а рядом 9перегнал лодку что ли?) плыл этот мнимый или реальный бедолага. Станов ему замечание – здесь плавать нельзя, а тот его матом. Ну и влепили срок по 58 “б”…
    Есть в это рассказе и про малолетку… любовницу, и про пьянки, и про работу в тресте, которой вскоре заменили основной и почётный труд Стаханова. Но это не главное. больше половины этого произведения занимает повествование Хлыстанова о некоем Зотове, прокуроре, пописавшем два документа: постановление на арест юноши, якобы обматерившем Стаханова, и отписавшегося реабилитационной справкой в адрес Хлыстанова-старшего. Последнего, по версии бывшего почётного милиционера, арестовали в 1941-м по обвинению о подготовке взрыва на Волгодонском канале.
    Что интересно: во всех произведениях автор всё же приводил хоть какие-то документы, здесь от них напрочь отказался. Просто обмолвился, что в одиночку не взорвать такое огромное сооружение, да и взрывчатки не хватит… И добавил про трусость чекистов воевать на фронте, что один из конвоя ударил его отца по лицу…
    К чему это я? Жаль если оскорблённый незаслуженно Хрущёвым герой соцтруда Стаханов упал в пьяную пропасть.Но к чему пинать его первую, умершую при родах или от неумелого аборта жену, косвенно намекая на причастность к её смерти самого Стаханова да и вторую пассию? Даже авторы Википедии и то не вылили грязь на заслуженного человека, посвятив большую часть статьи на его рацте=хнологии и предложения…
    С наилучшими пожеланиями, Станислав.

  4. Владимир (отправлено: 2 Май 2014 @ 8:43 )

    С тех пор,как началось уничтожение СССР, про Стаханова каких только гадостей не сказано. Его поливают журналисты, актёры, историки. Интеллигенция, с позволения сказать. На самом деле – псевдоинтеллигенция. Пнуть Стаханова – для бездельников удовольствие. У критиканов общая черта – никто из них понятия не имеет, что именно совершил Стаханов. Профессионально разбираясь в пьянстве, распутстве, в лизании задниц начальникам, – об этом и пишут.
    Как горный инженер, скажу. Стаханов и его товарищи,- в первую очередь К.Г.Петров,- совершили революцию в угольной промышленности.
    В тридцатые годы шла индустриализация. Отказывали себе в самом необходимом, недоедали. Но покупали за рубежом оборудование. В частности, компрессоры для шахт. Стахановская, принципиально новая технология добычи угля, позволила использовать оборудование сверхрационально, на 100%. Стахановцы сэкономили нашему народу массу средств и жизненных сил. В 1941 году СССР имел мощную промышленность – в этом заслуга и Стаханова.
    Идиоты думают, что здоровый мужик Стаханов напряг мускулы и нарубил гору угля. И пришлось другим шахтёрам ломать спины. Но дело не в мускулах. Дело в новой технологии.
    Вы знаете кого-нибудь, кто за последние лет двадцать сумел бы поднять на производстве выработку в несколько раз, не затратив денег, лишь пораскинув крепко мозгами?
    Я не знаю, любил ли Стаханов водку. Не знаю, любили ли водку Королёв, Кошкин (Т-34),
    изобретатель радио Попов, художник Репин и другие славные люди. Их ценят за другое.
    По-моему, Стаханов – настоящий герой. Собирать сплетни про героя – постыдное дело.

  5. Ирмино (отправлено: 31 Май 2014 @ 16:17 )

    Никакой революции в угольной промышленности ни Стаханов, ни тем более Петров, не совершали. Процесс повышения производительности труда шел постепенно. Еще за несколько лет до Стахановского эксперимента, некоторые забойщики добывали за смену гораздо большее количество угля без помощников, в отличие от Стаханова. Об этом писали местные газеты, они есть в архиве.

Оставьте комментарий

:acute: :aggressive: :air_kiss: :bad: :biggrin: :blush: :boast: :crazy: :cray: :wall: :diablo: :beer: :gamer: :girl_blum: :girl_devil: :girl_witch: :write: :lol: :mega_shok: :music: :tongue: :afftar: :popcorn: :rtfm: :sorry: :to_babruysk: ;) :) :king: %) :unknw: